Свеча

Всего-то — чтоб была свеча, Свеча простая, восковая, И старомодность вековая Так станет в памяти свежа.   И поспешит твое перо К той грамоте витиеватой, Разумной и замысловатой, И ляжет на душу добро.   Уже ты мыслишь о друзьях Все чаще, способом старинным, И сталактитом стеаринным Займешься с нежностью в глазах.   И Пушкин ласково…

Прощание

А напоследок я скажу: прощай, любить не обязуйся. С ума схожу. Иль восхожу к высокой степени безумства.   Как ты любил? – ты пригубил погибели. Не в этом дело. Как ты любил? – ты погубил, но погубил так неумело.   Жестокость промаха… О, нет тебе прощенья. Живо тело и бродит, видит белый свет, но тело…

По улице моей который год

По улице моей который год звучат шаги – мои друзья уходят. Друзей моих медлительный уход той темноте за окнами угоден. Запущены моих друзей дела, нет в их домах ни музыки, ни пенья, и лишь, как прежде, девочки Дега голубенькие оправляют перья. Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх вас, беззащитных, среди этой…

Осень

Не действуя и не дыша, все слаще обмирает улей. Все глубже осень, и душа все опытнее и округлей.   Она вовлечена в отлив плода, из пустяка пустого отлитого. Как кропотлив труд осенью, как тяжко слово.   Значительнее, что ни день, природа ум обременяет, похожая на мудрость лень уста молчаньем осеняет.   Даже дитя, велосипед влекущее,…

Однажды, покачнувшись на краю

Однажды, покачнувшись на краю всего, что есть, я ощутила в теле присутствие непоправимой тени, куда-то прочь теснившей жизнь мою. Никто не знал, лишь белая тетрадь заметила, что я задула свечи, зажжённые для сотворенья речи, – без них я не желала умирать. Так мучилась! Так близко подошла к скончанью мук! Не молвила ни слова. А это…

О, мой застенчивый герой

О, мой застенчивый герой, ты ловко избежал позора. Как долго я играла роль, не опираясь на партнёра! К проклятой помощи твоей я не прибегнула ни разу. Среди кулис, среди теней ты спасся, незаметный глазу. Но в этом сраме и бреду я шла пред публикой жестокой – всё на беду, всё на виду, всё в этой…

Ночь

Уже рассвет темнеет с трех сторон, а всё руке недостает отваги, чтобы пробиться к белизне бумаги сквозь воздух, затвердевший над столом.   Как непреклонно честный разум мой стыдится своего несовершенства, не допускает руку до блаженства затеять ямб в беспечности былой!   Меж тем, когда полна значенья тьма, ожог во лбу от выдумки неточной, мощь кофеина…

Новая тетрадь

Смущаюсь и робею пред листом бумаги чистой. Так стоит паломник у входа в храм. Пред девичьим лицом так опытный потупится поклонник.   Как будто школьник, новую тетрадь я озираю алчно и любовно, чтобы потом пером ее терзать, марая ради замысла любого. Чистописанья сладостный урок недолог. Перевернута страница. Бумаге белой нанесен урон, бесчинствует мой почерк и…

Не уделяй мне много

Не уделяй мне много времени, Вопросов мне не задавай. Глазами добрыми и верными Руки моей не задевай.   Не проходи весной по лужицам, По следу следа моего. Я знаю — снова не получится Из этой встречи ничего.   Ты думаешь, что я из гордости Хожу, с тобою не дружу? Я не из гордости — из…

Не добела раскалена

Не добела раскалена,

и все-таки уже белеет

ночь над Невою.

Ум болеет

тоской и негой молодой.

Когда о купол золотой

луч разобьется предрассветный

и лето входит в Летний сад,

каких наград, каких услад

иных

просить у жизни этой?

 

1979